April 2nd, 2010

Алина

Интервью газете "Литературная Россия"

Алина ВИТУХНОВСКАЯ

Слабые, жалкие люди не остаются в истории


- Алина, в середине девяностых ваши стихи довольно часто публиковались в «Новом мире», «Октябре», «Арионе». Почему в последние годы новых публикаций почти нет? Вообще, как вы относитесь к толстым журналам?
- Я в принципе не против возобновить сотрудничество с журналами, но дело в том, что я их просто не вижу... Когда-то у толстых журналов был другой статус, они выходили большими тиражами, их читали, обсуждали, передавали друг другу. Тогда они казались мне советскими - мне не нравился их стиль, который по сути сохранился и в девяностые. Другое дело, толстые журналы имели влияние, вес в обществе, и если вы всерьез занимаетесь литературой или, скажем, политикой, то обращать внимание на нюансы, предъявлять к кому-то претензии - глупо. Тем, кто декларирует свои идеи, не важно, что это за издание, важно, чтобы идеи были опубликованы. В этом смысле толстые журналы были очень сильным орудием. Сейчас, по-моему, это уже не так.
Collapse )

Интервью Гейдара Джемаля А.Витухновской. 2006 г.

:: Поэма для героя::

Беседа Алины Витухновской с Гейдаром Джемалем

Алина Витухновская: Как вы думаете, что делать в современной ситуации подлинному герою? Я имею в виду, что те, кого нам презентуют как героев — никакие не герои? Люди вращаются в тренажерных залах, делают на себе романтические татуировки, читают книжки про фашистов, а то и Хайдеггера, кричат «Зиг хайль», но когда с ними сталкиваешься, обнаруживается их полная пустота и абсолютное непонимание, как же им собственно жить. Они могут только следовать книжным указаниям, постоянно сравнивая себя то с Гитлером, то с Хайдеггером, но проблема в том, что они не Гитлеры и не Хайдеггеры. При этом настоящий герой, мне кажется, не различим, потому что у него другая тактика, он бесконечно изощрен и бесконечно неуловим...
Гейдар Джемаль: У вас очень хорошая интуиция. Но, во-первых, хорошо, если они ориентируются по указаниям книжек, а если у них есть курирующий офицер МВД — то все совсем просто и банально. Обычно дело не доходит до книжек, а останавливается на уровне курирующего офицера или какого-нибудь человека из структур, который организовывает их. Самое главное, понять, что герой как категория должна быть укоренена в самой органике исторического процесса. Откуда взялись герои в реальности? Дело в том, что современный герой возникает с того момента, как разрушается сословное общество, и, соответственно, сословие воинов, каста кшатриев, носителей страсти, силы, жертвы, уходит из системы, так же как и другие касты. Буржуазия тоже исчезает. И низший слой «вайшьи» и шудры, организованные в качестве пролетариата или рабской рабочей силы, тоже исчезают, потому что после 1945 года возникает гомогенная человеческая масса, которая крутится в колесе судьбы, поднимающем какую-то часть к финансовому успеху и бросающем остальных вниз. Между Березовским или Соросом или каким-нибудь маргиналом без денег нет никакой разницы — они принадлежат к одному люмпен-пространству. Те, кто имеет корни в касте воинов, оказываются за рамками социума и образуют так называемый дальний аутсайд. Дальний, потому что есть «ближний аутсайд» — художественно-богемный, маргинальный, который более-менее включен в это пространство…
Collapse )