March 5th, 2011

Алина

Господа! Поддержите поэта Емелина, которого преследуют по 282 за это стихотворение!


Еще раз про нежность

Всеволод Емелин /23 декабря 2010

Теперь, когда нежность над городом так ощутима...
А. Родионов

 

 

Мы, русские, очень нежные,
Пальни по нам из травматики — мы и помрем.
Чьи-то друзья придут на Манежную
И устроят погром.

Потому что конкретно по жизни
Наши русские существа
Чрезвычайно склонны к фашизму,
Как давно установил центр «Сова».

А лица кавказской национальности
По строению своего организма —
Напротив — склонны к интернациональности
И антифашизму.

Как увидит русский фашист кавказца,
Сразу плетет вокруг него интриги.
А если тот не поддается на провокации,
Начинает кидать в него зиги.

Это подло зигами кидаться,
Можно попасть человеку в глаз.
И тут, отложив свою толерантность,
Кулаки сжимает Кавказ.

Антифашисты фашистов всегда побеждали,
Вот русский лежит с простреленной головой.
С его стороны конфликт был национальный,
С противоположной стороны — бытовой.

И милиция тоже за антифашистов,
Они вспомнят битву под Курской дугой,
Поглядят на их смелые, честные лица
И отпустят с почетом в горы, домой.

Но пока еще обезврежены
Далеко не все провокаторы,
И волнуется площадь Манежная,
И твердят «Погром» комментаторы.

Вот они шагают — русские фашисты,
Стройными рядами навстречу судьбе.
Двоечники, троечники и хорошисты
Из 10-го «А» и 9-го «Б».

Многих из них в тюрьму посадят
За то, что они — фашистские сволочи,
На Манежной площади нагадили
И сломали китайскую силиконовую елочку.

Поздравляю с наступающим Новым годом!
И желаю трудящимся по мере сил,
Чтобы каждый был со своим народом,
Где его народ с другим народом стрелку забил.

Только помните, что мы очень нежные,
Мы подвластны резиновым пулям и острым ножам,
По весне расцветают наши трупы-подснежники
По большим затаившимся городам.

И когда наши тела расцветут над свалками
Теплым светло-розовым цветом,
Мимо них пролетит кавалькада джипов с мигалками,
Салютуя из золотых пистолетов.


Алина

По поводу Емелина. Вспомнилось кое-что из моего пятилетнего процесса

Судопроизводство по Чжуан-цзы

    Дело поэтессы Алины Витухновской, все тянется и тянется. И нет ему ни конца, ни края, как и нет предела человеческой глупости. Экспертиза института им. Сербского признала Витухновскую психически здоровой. Однако психиатры проделали лишь половину работы, возложенной на них мудрым, словно царь Соломон, судьей. Служитель Фемиды распорядился наряду с подследственной освидетельствовать и ее стихи. Эскулапы обследовать стихи отказались наотрез.
    Конечно, их можно понять. Нет у стихов коленок, по которым можно было бы постучать никелированным молоточком. Нет глазок, в которые следовало бы пристально посмотреть. Нет выделений, которые нужно сдавать на анализ. Поэтому на поверхностный взгляд психиатрам следовало бы заинтересоваться личностью судьи, проявляющего столь странный интерес к нематериальной субстанции. У него и коленки есть, и глазки, и выделения.
    Однако не все так просто. Подчас внешние черты безумия демонстрируют великие мудрецы. Вспомним хотя бы Диогена, который еще и не такие хохмы откалывал, аллегорически демонстрируя глубины философии кинизма. Не все, к сожалению, понимали, подменяя суть пошлыми анекдотами про бочку и оплевывание богатого горожанина.
    Боюсь, что психиатры тоже не поняли. Ведь судья, отдавая странное задание, скорее всего имел в виду один из постулатов даосизма. Чжуан-цзы приснилось, что он мотылек. Проснувшись, китайский мудрец никак не мог понять: то ли он Чжуан-цзы, которому приснилось, что он мотылек, то ли он мотылек, которому снится, что он Чжуан-цэы.
    Точно в таком же запутанном соотношении находятся поэт (мудрец) и его стихи (мотылек). Поэтому судье на законном основании непонятно, имеет ли он дело с Алиной Витухновской или же с ее стихами, допрашивая подследственную. И чтобы избежать судебной ошибки, судит всех вместе — Витухновскую и ее стихи. Именно для этого и потребовалось столь странное на поверхностный взгляд комплексное психиатрическое освидетельствование. В результате оказалось, что Витухновская вменяема и, следовательно, ее можно на некоторое время изолировать от общества. А вот насчет стихов ничего не известно, поскольку они не освидетельствованы. И посадить их вместе с поэтессой было бы юридически некорректно. Но в конце концов мудрецы ходят неторенными тропами. И вполне возможно, что мы станем свидетелями беспрецедентного приговора: Алину Витухновскую оправдать, ее стихи посадить.

Автор Владимир Тучков


Evil cat

Цитата дня...


...а также недели, месяца, года...

Вводить законы, противоречащие законам природы, - значит порождать преступления, чтобы потом их наказывать.

Томас Джефферсон

Казалось бы, ну что тут такого? Все верно...
Вы только по ссылочке пройти не забудьте - посмотреть, что именно предваряет сей эпиграф. А предваряет он как раз полнейшее и вопиющее противоречие законам природы. Ибо в природе цензуры нет! И борцунов с экстремизЬмом тоже нет!
То ли у кого-то из них, причастного к сайту, случилось что-то с головой - возможно, стандартное головокружение от успехов, а, быть может, головокружение от тех средств, которые гособразование щедро выделило на борцунов. Не знаю, конечно, в чем тут дело. Но выглядит этот эпиграф самым настоящим издевательством.
Алина

И вот в ту же серию, и для архива, ибо в сети не найти

                 "ПРИГЛАШЕНИЕ НА КАЗНЬ - 98"
                 "Новые Известия" 10 марта 1998 года.

" Верните меня в тюрьму!" -  вот единственное, чего требовала Алина Витухновская во время насильственного заточения в и-те Сербского. Психиатрам понадобился месяц, чтобы убедиться в том, что и без того всем известно. Алина Витухновская психически здорова.
  Алина больше всего боится,что ее начнут жалеть. В этом бесконечном процессе она чувствует себя не подсудимой, а ОБВИНИТЕЛЕМ.
  Она не желает ни сочувствия, ни снисхождения от своих палачей. Морально она давно уже отсидела все мыслимые и немыслимые сроки, давно и в стихах и в прозе описала свои тюремные пытки ." Пряничное сердечко не расстреляют ", -  написала она в одном из своих стихов.

"Я живой, посмотри, я маленькая наживка.
Неспроста на кухне стоит Мясник.
Ловись, ловись, Золотая Рыбка.
Я к тебе, как к Смерти своей привык."

  Вот ее ответ палачам. У Алины была возможность уехать из России в Германию, где ее ждала литературная Пушкинская Стипендия, но она приняла решения выдержать удар до конца.
  В отличии от своего сверстника Ярослава Могутина, уехавшего в Сша, как только против него возбудили дело, Алина не желает оставлять поле боя. Сейчас Могутин процветает в Америке. Пресса называет его русским Артуром Рембо.
  РЕПРЕССИВНАЯ МАШИНА ПО-ПРЕЖНЕМУ ВЫДАВЛИВАЕТ ИЗ РОССИИ ВСЕ ТАЛАНТЛИВОЕ И ЖИВОЕ.
       ДЛЯ САМЫХ ТАЛАНТЛИВЫХ ПОЭТОВ НОВОГО ПОКОЛЕНИЯ ОТКРЫТЫ ШИРОЧАЙШИЕ ВОЗМОЖНОСТИ - ОТ ЭММИГРАЦИИ ДО ТЮРЬМЫ,

ИЗ АРХИВОВ ПРОЦЕССА - ПРИМЕРНО 1997 ГОД ...

Старательский вальсок

Дело Алины Витухновской еще не передано в суд. Но судья уже точно знает, что посадит ее.

Напрасно профаны жалуются на то, что у нас все ведомства работают несогласованно, вопреки друг другу и результаты получаются несколько поперек. Скажем, взаимные жалобы Внутренних войск и Минобороны в Чечне. При всей их несогласованности тысяч сто прикончили. Слава Богу, что в этих товарищах согласья не было. Это, видимо, и спасло остатки чеченского народа от полного истребления. Но не надо отчаиваться: согласие и единство наметилось в стране совсем в другом квадрате.
На редкость согласованно и едино работает творческий коллектив, состоящий из следствия, суда, прокуратуры и ФСБ. И работает он, не покладая рук, над развитием дела Алины Витухновской, которое, того и гляди, пойдет на второй круг. Какой там у Данте после девятого? Ведь с Алиной начали с конца. То, что это хрупкое, невесомое существо, похожее на заблудившегося эльфа с маленькими холодными ручками и огромными печальными глазами, увидело в Бутырской тюрьме, было четко идентифицировано на эльфийском языке: Пазолини, "Сало, или 120 дней Содома". Самый жуткий и самый мудрый фильм о фашизме. В описанных в "Архипелаге" камерах, где ночуют под нарами, где в камерах на 20 человек сидят по 70-80 человек, недолго остаются человеком. Как и у Пазолини. Общий разврат, переходящий в общий донос и завершающийся общей пыткой. Позор, кончающийся мучениями. И все это - почти норма. Следствие. Суд. Тюрьма. Спецслужбы. Прокуратура. Как в другом фильме, "Зеркало для двоих". Зацепился за проволочку - и провалился в сталинскую эпоху. А назад не выбраться. Нет обратного механизма. Прилег на матрасик - и очутился в Аду. Наша правовая система действует по законам кошмара.

Вы в идеально чистом белье,
Вас встретит эсэсовская мягкость 60-х.
Вас приглашает Ночной Портье
В камеры и палаты.
(Алина Витухновская)

Collapse )