October 23rd, 2012

Алина

КС оппозиции

Оригинал взят у winston_smith14 в КС оппозиции
http://slon.ru/russia/itogi_golosovaniya_v_ks_oppozitsii-842284.xhtml





Первая десятка по общегражданскому списку: Навальный, Быков, Каспаров, Собчак, Яшин, Гельфанд(не знаю кто это), Чирикова, ШАЦ... Ох, понятно, что так оно и должно было быть, но все равно как-то грустно. КГБист Гудков на 14-ом месте, сталинист(недавно схваченый ОГПУ за шпионаж в пользу Японии Грузии) Удальцов на 20-ом, национал-социалист и соратник Тесака, Бурашников на 47-ом. Из симпатичных лично мне людей hasid Пряников занимает 60-ое место, bacchusv Артем Северский-Лазуренко и blackicon Алина Витухновская вообще не вошли в сотню, набрав 4 404 и 3 294 голосов соответственно.

Как пишет в твиттере @Uberkatze : "Одно я могу сказать точно: народ, у которого в топ 5 оппозиционеров входят Яшин и Собчак – заслуживает Путина. У меня всё."

Последний раз пишу про "оппозицию", больше наверное не буду про это писать

(перепост по просьбе blackicon)

ГОСДЕП-3 с Ксюшей Собчак

Лурье очень грамотный.

Лурье:
"Я считаю, что большинство голосующих это боты"
"Каким образом проконтролировать того, кто управляет программой, кодом?" (т.е. Волкова)

Всё правильно, невозможность смухлевать должна быть заложена в математическую модель.

--------
Собчак: (1 часть, 4:10)
Господин Лурье, я хотела спросить, у вас есть какой-то "список тридцати", насколько я знаю. Что это за тайный список Шиндлера?

Лурье:
Это не список Шиндлера, это список Навального. Составлен аналитически список, проверены связи того же Алексея, его ставленники...

Собчак:
То есть вы считаете, что 30 человек в координационном совете это будут 30 человек Навального?

Collapse )
а 3

КАРЛ ШМИТТ. ЛЕГАЛЬНОСТЬ И ЛЕГИТИМНОСТЬ

В развитии партизанства нам встретилась фигура генерала Салана как показательное, симптоматическое явление последней стадии. В этой фигуре встречаются и пересекаются опыты и воздействия войны регулярных армий, колониальной войны, гражданской войны и партизанской борьбы. Салан до конца продумал все эти опыты, следуя неизбежной логике старого тезиса, что партизана можно побороть только партизанским образом. Это он последовательно делал, не только с мужеством солдата, но и с точностью офицера генерального штаба и пунктуальностью технократа. Результатом было то, что он сам превратился в партизана и, в конце концов, провозгласил гражданскую войну своим собственным верховным главнокомандующим и своим правительством.

Что является внутренним средоточием такой судьбы? Главный защитник Салана, Maitre Tixier-Vignancourt, в своей большой заключительной речи перед судом от 23 мая 1962 года нашёл формулировку, в которой содержится ответ на наш вопрос. Он замечает о деятельности Салана как шефа OAS: я должен констатировать, что старый воинствующий коммунист, если бы он вместо главного военного шефа стоял во главе организации, предпринял бы иные действия, чем генерал Салан (S. 530 отчёта о процессе). Тем самым угадан решающий пункт: профессиональный революционер делал бы это иначе. Он занимал бы иную позицию, чем Салан не только применительно к заинтересованному третьему лицу.

Развитие теории партизана от Клаузевица через Ленина к Мао двигалось вперёд путём диалектики регулярного и нерегулярного, кадрового офицера и профессионального революционера. Посредством доктрины психологической войны, которую французские офицеры – участники войны в Индокитае - переняли от Мао, развитие не возвращалось в роде ricorso к началу и к истокам. Здесь нет никакого возврата к началу. Партизан может надеть униформу и превратиться в хорошего регулярного бойца, даже в особенно храброго регулярного бойца, быть может, подобно тому, как о браконьере говорят, что он  представляет собой особенно умелого лесного сторожа. Но всё это помыслено абстрактно. Переработка учения Мао теми французскими кадровыми офицерами на деле содержит в себе нечто абстрактное и, как это однажды было сказано в ходе процесса над Саланом, имеет нечто от esprit geometrique.

Партизан способен легко превратиться в хорошего носителя униформы; напротив, для хорошего кадрового офицера униформа - это нечто большее, чем костюм. Регулярное может стать институциональной профессией, нерегулярное не может. Кадровый офицер способен превратиться в великого основателя ордена, как святой Игнатий Лойола. Превращение в до- или субтрадиционное означает нечто иное. В темноте можно исчезнуть, но превратить темноту в район боевых действий, исходя из которого прежняя арена империи разрушается и вынимается из сети большая сцена официальной публичности, - этого не организуешь с технократической интеллигенцией. Ахеронт невозможно просчитать заранее и он следует не каждому заклинанию, пусть оно исходит от такой умной головы и пусть она находится в такой отчаянной ситуации.

В нашу задачу не входит высчитывать, что вычисляли интеллигентные и опытные военные времён путча в Алжире апреля 1961 года и организаторы OAS со ссылкой на некоторые для них весьма естественные конкретные вопросы, особенно относительно действия террористических актов против цивилизованного европейского населения или относительно выше упоминавшегося заинтересованного третьего. Уже этот последний вопрос достаточно многозначителен как вопрос. Мы напомнили о том, что партизан нуждается в легитимации, если он хочет держаться в сфере политического и не хочет упасть в сферу криминального. Вопрос не исчерпывается некоторыми ставшими сегодня обычными дешёвыми и несерьёзными антитезами легальности и легитимности. Ибо легальность оказывается именно в этом случае самой сильной законностью – тем, чем она первоначально собственно  была для республиканца, а именно рациональной, прогрессивной, единственно современной, одним словом: высшей формой самой легитимности.

Я не хотел бы повторять то, что я уже больше тридцати лет назад сказал на эту всё ещё актуальную тему. Ссылка на это принадлежит к познанию ситуации республиканского генерала Салана в 1958/61 годах. Французская республика это режим господства закона; это её фундамент, когда её невозможно разрушить противопоставлением права и закона и отличием права как более высокой инстанции. Как юстиция, так и армия стоят выше закона. Имеется республиканская легальность, и именно это является в республике единственной формой легитимности. Всё остальное является для настоящего республиканца враждебным республике софизмом. Представитель общественного обвинения на процессе Салана соответственно этому имел простую и ясную позицию; он всё снова и снова ссылался на «суверенитет закона», который остаётся превосходящим любую другую мыслимую инстанцию или норму. По сравнению с этим суверенитетом закона не существует суверенитета права. Он превращает нерегулярность партизана в смертельную нелегальность.

Салан вопреки этому не имел другого аргумента чем указание на то, что и он сам 15 мая 1958 года способствовал генералу de Gaulle в достижении власти [и в борьбе] против тогдашнего легального правительства, что он тогда был обязан перед своей совестью, своим Pairs, своим отечеством и перед Богом и теперь, в 1962 году, видит себя обманутым во всём том, что в мае 1958 года было  провозглашено и обещано как святое (отчёт о процессе, S. 85). Он ссылался на нацию в противоположность государству, на более высокий вид легитимности в противоположность легальности. И генерал de Gaulle раньше часто говорил о традиционной и национальной легитимности и противопоставлял их республиканской легальности. Это изменилось с наступлением мая 1958 года. И тот факт, что его собственная легальность стала несомненной только со времени референдума сентября 1958 года, ничего не изменила в том, что он самое позднее с того сентября 1958 года имел на своей стороне республиканскую легальность и Салан видел себя вынужденным, занимать сомнительную для солдата позицию, ссылаться вопреки регулярности на нерегулярность и превращать регулярную армию в партизанскую организацию.

Однако нерегулярность сама по себе ничего не конституирует. Она становится просто нелегальностью. Впрочем сегодня бесспорен кризис закона и тем самым кризис легальности. Классическое понятие закона, одно сохранение которого способно держать республиканскую легальность, ставится под вопрос планом и мероприятием. В Германии ссылка на право в противоположность закону и у самих юристов стала само собой разумеющимся делом, которое едва ли ещё обращает на себя внимание. И неюристы сегодня говорят всегда просто легитимно ( а не легально), если они хотят сказать, что они правы. Однако случай Салана показывает, что в современном государстве даже сама подвергнутая сомнению легальность сильнее чем любой иной вид права. Это объясняется децизионистской силой государства и его превращением права в закон. Здесь нам нет нужды углубляться в этот вопрос. Быть может всё это совершенно изменится, когда государство однажды «отомрёт». Пока что легальность является неотразимым функциональным модусом каждой современной, государственной армии. Легальное правительство решает, кто является врагом, против которого должна бороться армия. Тот, кто берётся определять то, кто враг, притязает на собственную, новую легальность, если он не желает присоединяться к определению врага прежним легальным правлением.

Алина

ИГРАЙ В КОРОЛЕВСКИЙ КРОКЕТ !

 Во время выступлений знатных политиков перед избирателями постоянно звучит вопрос: "А какая у вас программа?" Вопрос дежурный, как блюдо в московском общепите. И столь же дежурный ответ: "Вы можете прочитать ее на нашем сайте". Всё!
    Не будем уже в который раз повторять, что никаких выборов в СССР - РФ не было и нет, это очевидно и так. Но есть процесс, есть политическая ситуация - та или иная, которой необходимо воспользоваться. 
Для чего вообще нужна "программа"? Для регистрации политической партии в Минюсте - необходимо среди других материалов представить программу и устав. В результате этой практики все программы всех партий стали одинаковыми, будто написанными под копирку. И так и есть, данная процедура - чистая формальность. Ну, что можно написать в "программе" - за всё хорошее, за мировой прогресс, против всего плохого, за мир во всем мире и т. д. Можно, конечно, написать все это на пятидесяти страницах, но сути это не меняет Это , конечно, стеб, но.... 
    Не программы занимают депутатские места, а люди. Конкретные люди, которые представляют конкретные интересы. интересы. Люди, а не программы. И конкретные интересы уважаемых сторон. В большой (или в малой) политической игре. Но и программа - часть игры, у которой также есть свои правила. 
    Здесь та же схема, что и с пресловутой мультикультурностью, коя на деле оказалась самым кондовым расизмом.
    Просто надо всем хорошо запомнить, что есть ПРАВИЛА - скорее даже семантические, чем юридические. И следование им приведет если не в Государственную Думу, так хотя бы в помощники. На первом уровне. Ни выборы, ни программы, ни уставы ничего не значат, конечно.
    На ту же тему есть один польский фильм про мафию, там сын авторитета хочет стать поп-певцом и попасть в рейтинг. Его отец отвечает своему консильеро на реплику: "Попасть в чарты зависит же от людей!" - "Вот и узнай от каких конкретно людей и нажми на них".
     Клан Кеннеди не потопляем никакими методами, и дело здесь не в любви к ним "избирателей".
     В США, правда, система вполне работает. На страну и общество в целом. У нас она работает сама на себя. Вхолостую. Но работает, пока ресурс есть. Такой системе - работающей по замкнутому циклу - и не нужно много ресурсов, достаточно иллюзии управления. Даже продукты питания производить не надо, их можно с бОльшей выгодой завозить извне. Как и делают все слаборазвитые общества, ставя себя, таким образом, в зависимость от других.
    Но программа? Нужна кому-то? Хорошо - сделайте и продайте им ее. Если ваш визави так вожделеет "программу", пусть купит ее за наличные. И потом читает до посинения. Это тоже не секрет. Бесплатные программы заведомо не читают. Вы хотите программу? - Купите, недорого, у нас дешевле, чем у конкурентов из свободной партии насилия, наша насильственная партия принуждения установила самые щадящие цены на программы. А продавать белые листы - пусть сами и пишут. Вариант. 
    И серьезно - никому не приходило в голову, что любая регистрация - в Минюсте, в МВД, в Рыбнадзоре для политической партии - это заведомый ГУЛАГ ?  Не приходило, конечно.
   Люди - ЛЮДИ - не регистрируются.
   Они - ОНИ - регистрируют других.
    В этом и состоит основная "тайна" всей мировой полититки.